Анекдоты про мужчин автомобиль

Автомобили

Анекдоты про автомобилистов

Абрам и Сара едут в автомобиле,
Сара за рулем. Впереди светофор.
Вдруг Сара кричит:
– Абрамчик, отказали тормоза, я не могу остановиться!
Абрам спокойно:
– Срочно перестройся в левый ряд, там впереди машина явно подешевле, чем справа!

А я вот наконец-таки сдала на права!
Хочу машину себе купить.
Может посоветуешь, какая для девушки лучше всего?
– Стиральная!

Разговаривают два приятеля:
— Вижу, твоя машина постоянно стоит у подъезда.
Никуда не ездишь, не сломалась?
— Да нет.
Понимаешь, я так хорошо ее припарковал, что боюсь уеду и кто нибудь место займет.

Выпивают трое мужиков, у всех жены автолюбители.
После очередной рюмки один жалуется:
– Моя совсем мне спать не дает, всю ночь бредит, красный желтый зеленый.
Второй говорит:
– Ерунда, моя меня посреди ночи за чл@н хватает, дергает и орет первая вторая третья.
Третий, грустно так:
– Повезло вам, моя берет чл@н втыкает себе между ног и говорит 30 литров 92-го.

Анекдоты про гаишников

Гаишник останавливает на перекрестке автомобиль.
Спрашивает у водителя:
– Вы любите водить машину?
Люблю.
– Так а почему не научитесь?

Встречаются два ГИБЭДэдэшника.
Первый делится со вторым:
— Вот, решил усы отращивать.
Второй спокойно соглашается:
— Ну да, правильно, надо же хоть чем-нибудь заниматься.

Инспектор ГИБДД останавливает легковой автомобиль:
Спрашивает водителя.
— А что это у Вас за знак на стекле приклеен?
Водитель:
— Начинающий водитель!
Гаишник, поворачиваясь к своему коллеге:
— Я же тебе говорил «Начинающий водитель», а ты «Прочие опасности», «Прочие опасности».

Место автомобильной аварии.
Водитель сидит за рулем с выпученными глазами.
Сотрудник ГИБДД обращает к нему назидательные речи:
— Вот видишь, ты пристегнулся и не пострадал,
А подруга твоя — дура, не пристегнулась и теперь валяется в кустах с твоим ху@м в зубах.

Пьяный прохожий пристает к гаишнику с вопросом:
— Вы чего-то боитесь?
Нет,
Отвечает тот.
— Мне все-таки кажется вы чего-то боитесь, иначе вы бы не прятались за кустом,
Не унимается прохожий.

Анекдоты про водителей

Встречаются два друга.
Один хвалится:
— Я себе такую крутую тачку купил.
Теперь езжу, никто не останавливает, паркуюсь везде бесплатно и только подъезжаю — сразу места уступают.
Второй:
— Ты чего, на мерседес накопил?
Нет.
— А что тогда?
Эвакуатор купил.

В маршрутке.
— Вы выходите на следующей остановке?
Нет.
– Тогда давайте меняться.
А что у вас есть?

Женщина приходит в автосалон и обращается к продавцу:
– Здравствуйте, я бы хотела приобрести «Пежо».
Модель?
– Нет, бухгалтер. Но за комплимент спасибо!

Жена звонит мужу на работу, чтобы поболтать.
Муж:
— Извини, дорогая, но у меня сегодня дел по горло.
Жена:
— Но, милый, у меня есть для тебя новости: хорошая и плохая.
Муж:
— Ладно, у меня нет времени сейчас, скажи мне только хорошую новость.
Жена:
— Ну в общем подушка безопасности работает.

Анекдоты про байкеров

Парень подсаживает девушку к себе на мотоцикл,
Дает ей шлем и говорит:
— Только ты его сильно не застегивай,
Чтобы потом санитары не мучались.

Дед-ветеран едет за рулем 412 Москвича.
Справа его пытается подрезать байкер в немецкой каске.
Дед резко выворачивает руль вправо.
Байкер улетает в кювет.
Дед с улыбкой говорит бабке:
– Точно как в 43-м под Сталинградом!

Самые смешные дорожные анекдоты

Пара тормозит такси — ара водитель.
– До Шереметьево за сколько доедем?
Слющай брат, та вопще без денег давезу, садись дарагой!
Доехали до аэропорта:
– Хей, брат, гани пять тыщ!
Вы же сказали, что без денег?
– Вай слущий, а сейчас пять тыщ – это разве дэньги?!

На дороге голосует привлекательная девушка,
Водитель сажает ее, нажимает на газ и говорит:
– Надо же, сегодня уже четвертую женщину до города подвожу!
Я еще не женщина!
– Так еще и не город!

Ты кого больше боишься за рулем?
– Солдат.
А еще кого?
– Мотоциклистов.
А еще?
– Пьяных.
А женщин не боишься?
– О! Женщина за рулем – это пьяный солдат на мотоцикле.

Жена возвращается домой под утро.
Муж открыл дверь:
— Где ты была? Уже четыре утра! Ты же говорила, что девичник до десяти вечера!
Парковалась.

Лада Веста победила на Чемпионате мира по ралли!
— Подозревают, что в бензин был добавлен мельдоний!
Анекдоты про автолюбителей и водителей, читать бесплатно.

Источник

Анекдоты про автомобили и автомобилистов

Авто анекдоты и истории: про автомобили, автомобилистов, дороги и все связанное с ними.

ПРО ЛЮБОВЬ И СТРАСТЬ. И ПРО ВОСЬМОЕ МАРТА.

Младший брат Володи, моего старого знакомого, Саша, был помешан на машинах. Он одним из первых в городе добыл девятку. И одним из первых стал обладателем иномарки. Конечно, подержаной. Тогда других не было. Поэтому в яме под ней он проводил почти всё свободное время.

Так случилось, что в это же время у него появилась новая девушка. Таня. И прежние его пассии были из “модельного ряда”, но Таня была из “высшей лиги”. Может поэтому отношения как-то завязли в платонической фазе ухаживаний, гуляний, поездок на пляж, и безуспешных робких попыток на что-то большее.

В апреле, за два дня до дня рождения Саши, Таня в лёгком летнем платице пришла в гараж и, встав у капота Опеля, позвала Сашу. Тот вынырнул из ямы буквально ей под ноги, щурясь не то на солнце, не то на открывшийся вид.
Ничуть не смутившись, и не меняя позы, Таня сказала:
– Саш, чего бы ты больше всего хотел на день рождения?
Ещё раз коротко взглянув вверх, Сашок вытер тряпкой вымазаные маслом руки, выбрался из ямы, задумался и изрёк:
– Резину бы мне новую на передок. Тут передние ведущие, а резина уже совсем лысая.
Вы не поверите, но после этого она всё-таки вышла за него замуж!

А каким тут боком Восьмое марта?

Да очень просто. Вчера разговаривал по скайпу с Володькой, и тот поведал, что Таня попросила у Сашки на Восьмое и авансом на приближающуюся серебряную свадьбу в качестве подарка какие-то новые супер-пупер титановые колёса на её Мерседес SLK.
Может любовь и проходяща, но страсть вечна и заразна!

Два часа ночи, еду в такси из Аэропорта.
В водителе безошибочно угадал киргиза, разговорились.
Стал он жаловаться на Москву, на москвичей, на здешний климат, на безденежье и на то, что где-то далеко, под Бишкеком ждёт его жена и четверо детей. Конечно же, на денежные переводы они там живут как баи, но всё же, всё же.
Я осторожно поинтересовался:

– А сколько, если не секрет, вы в месяц зарабатываете?
– Тебе грязными сказать, или уже чистыми?
– Конечно чистыми.
– Если чистыми, то получается в месяц примерно десять тысяч рублей, не больше.
– В смысле? Так это же копейки! Как же вы на это выживаете в Москве?
– Да, мало совсем. Что такое для Москвы десять тысяч? П-ф-ф-ф. Пару раз в кино-мино сходил, нарды-марды, вот уже и нет.
– Да какое уж тут кино и нарды? Быть бы живу.
– Да, трудно, но на всё воля Аллаха.

Мы немного помолчали, я не выдержал и спросил в лоб:

Рассказ моего однополчанина – мастера спорта по боксу в супертяжелом весе:

— А давайте на охоту махнём! Отдохнём, как баре отдыхали. По-дворянски.

Глаза публики затуманились от мечтательных живописных красот, воображаемых коней и прочих лакейских “чего изволите-с”. Но ни ружей, ни экипировки, ни охотничьих билетов, ни путёвок ни у кого не имелось: сферы интересов будущего дворянства измерялись не в лошадях, а, в лучшем случае, в лошадиных силах. Но “напор класс бьёт”. У заматерелых профессионалов любое дело должно спориться. Поэтому в кругу случайных знакомых быстренько отыскался лесник. Которому по телефону было объяснено горячее желание при отсутствии возможностей, но наличии самых наличных денег.

Ответ был тоже профессионален и лаконичен:

— Всё дам. Убитое в две цены по рыночному курсу. Пить можно.

Вот тут-то самая амбула и началась.

В спитом коллективе неографьёв нашёлся самый расчётливый человек. Таки. Он правильно определил, что денег потрачено много (бензин, “дачка” леснику, цена мяса, возможная недополученная прибыль), а хабара получен 1 (один) кулёк из-под магазина Пятёрочка. Что никак не соответствует и приведёт к благоверной ругани в родной пенате. Решение вопроса пришло мгновенно: можно догнаться потрохами. Поэтому светлому поводу в каком-то углу был найден хозяйский таз, в него была налита вода и отмыты в нём же печень, сердце и, возможно, иные части деликатесного лесного ливера. После чего таз вместе с содержимым но без воды отправился в холодок сеней ждать отбытия таки барина на (малую) родину.

Читайте также:  Все о ремонте и обслуживании грузовых автомобилей скачать

Никто из дворян возразить леснику не мог. Рассчитались в две цены, деньги на карточках были.

Праздник в избе ширился, толщился и продолжал искрясь набирать обороты. До завалившего олешку охотника докопались сразу двое. Тема была проста и незамысловата: ты это случайно. Любые ответные доводы типа “ещё папка учил” и/или “в юности на соревнованиях выступал”, “а в армии на звук” отвергались оппонентами сразу и на корню. Постепенно в табачном дыму явственно обрисовались слова “а докажи”.

— Да нефиг делать. На звук. С завязанными глазами!

Идея новой барской забавы сразу показалась обществу крайне интересной. Стрелку завязали глаза, дали Сайгу, вывели на крыльцо и велели попасть в звук. Звук в вечерней тишине был только один: от работающего двигателя. После звука БА-БАХ звук двигателя затих. Зато появилось много новых и крайне занимательных от ракетой выпорхнувших из кабины лесника и непьющего охотника. К слову сказать, от лесника неслось вдвое больше. Но тут уж что поделать, мужичьё-с.

По заведённому порядку рассчитались в две цены, ибо негоже благородным донам скупиться на фуршетах и балах. Непьющий участник и хозяин избы пошли в дом и сели по углам следить за вакханалией, ибо следующим номером вполне мог быть, например, вызов огненных духов. Но было уже под три ночи, и поведение аристократии стало постепенно если не положительным, то горизонтальным точно.

С первыми лучами трещавшая голова лесника была разбужена непьющим.

— Не могу я тут спать. Храпят, сволочи. Глаз не сомкнул. Разреши мне на твоей лошадке в лес съездить. Я деревенский сам-то. Может, подстрелю чего. Рассчитаемся.

Больше всего леснику хотелось в этот момент послать говорящего. У него даже вертелся на языке замечательный адрес. Но последнее слово заставило проглотить несказаемое и потащить своё упирающееся тело в конюшню. Во время снаряжения крестьянской лошадки обнаружилось, что непьющий припёрся на охоту в своих городских “зимних” полусапогах. Вчера на мотосанях это ещё было терпимо, но для грядущего конного приключения не подходило вообще. Выход оказался прост: в стремена были буквально вбиты два огромных валенка, и уже после в валенки был засажен грозный звериный воин.

Но ничто не вечно под луной. Идиллию нарушил ввалившийся непьющий член общества. Прямо через всех он задыхаясь пробежал к столу и, клацая зубами по стеклу, залпом выпил стакан водки. Без закуски. На его ногах был один валенок. Ещё ничего не поняв, суровый лесник уже привычно побледнел.

Вчерашний стрелок по коровам почему-то захохотал и выронил что-то из рук.

История вышла такая: Проехав пару километров по лесной дороге скреплённое валенками кентавроподобное существо повернуло в лес. Ещё примерно через километр бурелома нарисовался на ели рябчик. Ружьё вскинуто. БА-БАХ.

Перекупы народ тёртый. А уж бывшие деревенские! Но ни на-на-на-на-на, ни погоня в легкосплавных носках по всей этой лесной роскоши, ни потирание большого и указательного пальца (на которое люди очень часто ведутся) не смогли воссоединить столь спешно разбросанное. А в носках три километра по зимнему лесу только медведи ходят. Но даже они тогда злые почему-то.

— Под лошадью остался. Не смог достать. Тяжёлая. По очереди этот надевал.

Назад выдвинулись той же колонной. Почти той же. Исключением на сцепке у Додж Рэм ехала застреленная шишига, в кузове которой лежали оленина, говядина, конина и рябчик. Всё по двойной цене. На 968000.

СИЛА ЛЮБВИ
(основано на реальном событии)

— Привет, это Синюхин.
— Алё? Кто это? А, Синюхин. Я поняла, да. Ну, привет. Чего так рано-то?
— Полдень уже. Пойдем, посидим где-нибудь. В кафе?
— Не, не хочу в людное место. И вообще, жарко сегодня, солнце, вон, шпарит.
— Пойдем на пляж?
— На пляже вообще людей овердофига. Сейчас бы на лесном озере чилить, в тишине, без мусора. Знаешь такое?
— Знаю. Можно поехать. Не знаю на чём. Моя машина не проедет.
— Вау, так моя по-любому проедет. Точнее — папина машина. Огромный внедорожник! Как раз из ремонта его получишь, а то уже ругаются. Я им позвоню, пиши адрес.

С Ксенией Синюхин познакомился в нотариальной конторе. Она пришла туда что-то оформлять и ждала назначенного времени. Синюхину у нотариуса оформлять было нечего, он зашёл ради симпатичной помощницы, но её не оказалось на месте. Из тех, кто был, Синюхину понравилась Ксения, живенькая юная брюнетка с множеством браслетиков на тонких загорелых руках. Он подсел к ней и предложил познакомиться. Ксения не возражала, ей было скучно в очереди. Вечер у неё был занят, договорились, что Синюхин позвонит на следующий день.

В мастерской Синюхина подвели к огромному Шевроле Суборбану, занимавшую половину площадки перед боксами. Машина сама открылась.
— На ключ реагирует, — пояснил мастер, — на вот, держи ключ. Значит, тут у нас полный порядок, всё проверили, всё работает. Да и что ему сделается. Серьёзный аппарат. Жрёт только до фига.
— Это сколько? — спросил Синюхин.
— Ну, по городу все двадцать пять.
— А чего так много?
— Так бронированный же. Считай, что танк, — ухмыльнулся мастер. — На нём только по минному полю зайцев гонять.
Синюхин открыл невероятно толстую дверь и уселся в мягкое, удобное кресло. С интересом осмотрел приборы.
— Ты раньше-то водил такие? — спросил мастер.
— Танки? Нет, только БТР.
— Ну, смотри, не поцарапай. Сам знаешь, чья тачка.

Вася — мой товарищ оператор-экстремал купил где-то в Ярославской деревне домик у воды, чтобы летом приезжать туда с водкой, а обратно с рыбой, если повезёт. Автоприцеп с братом сварил. Страшный, не особо окрашенный и даже без крыльев, но получился прицеп вполне вместительный и явно крепкий. Загрузили до отказа всяким ржавым добром и пришпандорили к «Ниве». Меня тоже с собой позвали, чтобы втроём, в чисто мужской компании пропасть на целую неделю, вспомнить молодость, ухи поварить.

Но за день до отъезда, встрепенулся Васин дед — божий одуванчик и московский интеллигент в каком-то там поколении, так вот, он тоже запросился с нами на рыбалку.

Вася с братом, конечно стали его отговаривать:

– Дедушка, ну ты сам подумай, четыреста километров по жаре трястись, да ещё и коляска твоя (дед, тогда неудачно упал, сломал шейку бедра и временно пересел на коляску). Ну, хорошо, допустим коляска уйдёт в прицеп, но всё равно, дедушка, зачем тебе вся эта нервотрёпка? Тебе ведь девяносто два, у тебя давление.
– Ничего, что давление, двадцать граммов водочки приму и как рукой. В том-то и дело, что мне девяносто два, а я ведь никогда на рыбалке-то и не был, только собирался. Всю жизнь в своей типографии свинцом продышал. Да и потом, кто меня свозит на первую и последнюю рыбалку, как ни родные внуки?

Крыть было нечем, взяли деда.

И вот, под вечер, на ужасно жидкой после дождя дороге мы конечно же застряли. Да ещё и в горку. Нам-то всего и нужно было метров пятнадцать до верха холма доползти и вот она, наша деревня. «Нива» ревёт, грязью кидается, а мы в прицеп упираемся, жилы рвём. Один за рулём, двое толкают, потом меняемся, только дед на переднем сидении сидит, кряхтит, переживает. Мы уже и сумки с прицепа сняли и лодку надувную и инвалидное кресло. Остался только дизель-генератор, но он один весил как танк.

Вот упёрлись мы в очередной раз, а ни на миллиметр сдвинуться не можем, вдруг «Нива» смолкла и дед подозвал нас с Васей. Мы подошли.

Делать нечего, лёг я белой футболкой на грязнючее колесо, поднатужились и дело действительно сдвинулось с мёртвой точки. Через двадцать минут мы уже были на горе. Отдыхали.

– Дедушка, а ты-то откуда знаешь как прицеп толкать? У тебя ведь никогда и машины-то не было, у тебя даже прав нет.
– Машины не было. Ну и что? Зато у меня пушка была и я её две тысячи километров грудью за колесо катал…

Года через два Дед отправился к своему взводу. Катают там, наверное, свою пушку, курят и рассказывают друг другу похабные анекдоты.

Источник

Анекдоты про автомобили и автомобилистов

Однажды в субботу, к Лёше с самого утра, без предупреждения, позвонил в дверь его знакомый дурак (а настоящий дурак, так и вообще в минуту себя рассекретит).

Гость припёр большой системный блок и сказал:

– Лёха выручай, нужно срочно его сделать. Не включается. Короче он мне нужен уже через час.
– Э-х-х, я вообще-то спал. Ну, ладно, давай смотреть, что там.

Лёша снял боковую крышку, чихнул семь раз и сказал:

– Завтра никак нельзя, будет поздно. Нужно сегодня, Выручай, Лёха, придумай что-нибудь, ты ведь такой умный.

Лёха вздохнул, огорчился, что его на ровном месте заставляют напрягать свой гениальный мозг, напряг, просветлел лицом и сказал:

– Слушай, у тебя же на джипе багажник есть.
– Да.
– Тогда забирай свой компьютер, хорошенько закрепи его на багажнике, вот этой стороной вперёд и рули на МКАД, тут рядом совсем. Сегодня суббота, там должно быть пусто. Марти Макфлай, твоя задача разогнаться, хотя бы до ста двадцати километров в час! Больше не надо. Проедешь так с полминуты и твой комп будет изнутри опять как новый. А я пока из своего компьютера, так уж и быть, выкручу для тебя блок питания. Помни мою доброту.

Читайте также:  Видео обзор автомобилей для путешествий

Радостный Марти подхватил системный блок и убежал устраивать ему воздушные ванны на МКАД-е.
Вернулся через полчаса. Только Лёха собрался пристраивать блок питания, смотрит, а пылищи внутри меньше не стало, всё так же серо и беспросветно.

– Послушай, ты что, пять километров в час ехал что ли? Не выдулось же ничего.
– В смысле пять километров? Да я там под сто восемьдесят вваливал, боялся, что ремни лопнут и комп сдует. А гул такой стоял, что аж у меня уши закладывало. Короче, не сработала твоя херня, Лёха.
– Странно, должна была сработать. А позволь тебя спросить, Марти. Не обижайся, если что. А ехал ты с крышкой, или без?
– Конечно с крышкой! В нём же и так куча пыли, нахрена мне ещё пылищу на МКАД-е собирать? А что.

Рассказал сын фронтовика Александр Васильевич Курилкин 1935 года рождения.

Моего отца звали Василий Андреевич Курилкин. Жили мы в деревне Хуторовка Муравлянского района Рязанской области. В семье было шесть человек – отец с матерью, бабушка и трое детей, из которых я – старший. Весной 1941 года отец продал корову, чтобы выучиться на шофера. Обучение было платным. Что такое для деревенской семьи с детьми лишиться коровы – на это трудно решиться. Но, видимо, дело того стоило. Стать водителем для колхозника с трехклассным образованием тогда было, как мы назовем теперь – социальным лифтом.

Отец прошел в Моршанске обучение, получил удостоверение «Водитель-стажер». И начал стажировку в организации «Райторф». Места у нас степные. И все организации отапливались торфом. Для населения выделялись участки, где жители сами копали себе торф, сушили его и потом вывозили.

22 июня 41 года запомнилось мне сильной грозой, от которой загорелся дом напротив. Крыши у всех были соломенные. И на пожар сбежались люди, которых перед этим собрали в сельсовете объявить о начале войны. Телефон и тарелка радиовещания были только в сельсовете, размещенным в соседней большой деревне в полутора километрах от нашей Хуторовки. Прибежали они, и мама сказала: «Война!»

Через два дня отцу пришла повестка – явиться 27.06.41 в райвоенкомат. Я с соседской девочкой, которая была двумя годами старше, понесли повестку отцу в «Райторф». Он сразу рассчитался, пришел домой… Торф на отопление не заготавливали ещё в эти дни – вода недостаточно спала. Так отец, чтобы обеспечить нам тепло на зиму, срубил шесть ветел, что росли возле дома, напилил и наколол нам дрова на зиму, и ушел на войну.
Уже годах в 70-х расспросил его обо всем.

Мама сходила в правление – там выделяли хлеб семьям красноармейцев. Дали хлеб, мама насушила, отправила посылку, потом – ещё и еще. Всего отправила четыре посылки. Но получил он только первую – попал в окружение. Письма от него шли сначала. В октябре – прекратились.

День, так прошел, второй, неделя… – стало незаметно командирского состава… Я читал книгу про эти события, в которой говорилось, что из окружения в первую очередь выводили командный состав.

У отца был только противогаз. Как стемнело – собрались на поляне. Пришел тот человек – привел ещё людей. Он, значит, по всему лесу собирал. Сгруппировались поближе к дороге, сделали рывок через неё, бежали минут сорок лесом, потом на просеке остановились, собрались. Группа большая – человек 150, или больше. Повел он их дальше. К утру вышли к лесничеству. Здесь, похоже, их ждали. Были приготовлены продукты. Подкрепились картошкой, чаем, сухари были…

Шли до Москвы больше двух недель. Ночевали в ригах, сараях каких-то, на скотных дворах. Питались колхозными продуктами. Где-то картошку им варили. А в одном колхозе годовалую телку зарезали. Телку съели сразу всю. Правда, отец там противогаз выкинул, и немножко мяса положил в противогазную сумку. Позже сварили, съели. Некоторые местные жители относились к обросшим и грязным окруженцам скептически: «Бежите?». Отец и другие отвечали: «Мы же вернемся». А те снова: «Ну, да… вы вернетесь…»

Привел этот товарищ их в Москву, в какой-то клуб, и передал кому-то. Они разместились в этой импровизированной казарме. Отец вышел из клуба, смотрит – стоит машина. По номерам – с их полка. Подошел к сержанту в клубе – так и так, там стоит машина с нашего полка. Сержант – к лейтенанту. Тот приказывает сержанту привести старшего – кто там есть с машиной. Сержант привел. Ваш? – Наш! – Забирай! Так отец вернулся в полк. Никаких проверок, ничего…

И тут я сейчас сделаю небольшое отступление – расскажу от себя. Раз в одной компании, в которой не всех знал, шел разговор о войне, и я рассказал эту историю. А один там был узбек немного помладше меня, он заметно удивлялся, волновался во время моего рассказа. Потом отвел меня в сторонку, говорит: «Вот, что вы сейчас рассказывали, про окружение, рывок через дорогу, выход в Москву и размещение в клубе – мне отец то же самое рассказывал. Он в 30-х годах закончил военное училище. Был офицер. И, как вы сейчас рассказывали, слово в слово, выводил людей из окружения под Ельней». И я с этим узбеком не договорил тогда. И до сих пор жалею, что не взял его адрес, не расспросил подробнее… Пытался потом найти его – не получилось. Но это ещё не все. Попалась мне однажды книга о войне «Невидимый фронт». Составлена она из отдельных случаев, эпизодов. Автор – бывший сотрудник НКВД. И, когда он описывает, как сотрудники НКВД забрасывались в партизанские отряды, откуда потом вывозили обозами через линию фронта раненых, детей и женщин.. – автор между прочим говорит: «Я сам более пяти раз пересекал линию фронта под Ельней, выводя группы окруженцев». Может быть, автор этой книги и вывел из окружения моего отца. Ещё вероятнее, что НКВД посылал десятки своих офицеров за линию фронта, с целью организовывать и возглавлять выход окруженцев к своим. Не допустить их напрасной гибели или попадания в плен. А как наши там в немецком плену «выживали» в кавычках, мы все знаем. Поэтому, я преклоняюсь перед этим офицером, и перед всеми остальными, которые выводили окруженцев.

И едут они по лесной дороге, то ли карта была неверная, то ли офицер чего перепутал, или обстановка изменилась, о чем офицер не знал, но вдруг буквально в десяти метрах перед машиной из кустарника выскочили немцы с винтовками. Отец газанул на них – они назад в кусты. Немцы окрыли вслед огонь, изрешетили кузов, и прострелили колеса задние. Хорошо, что дорога через 10-15 метров поворачивала, и прицельная стрельбы была недолгой. Это был ЗИС-5. У него на ведущем заднем мосту спаренные колеса.. Внешние были прострелены, но до своих они все-таки смогли доехать.

Ещё был случай. Привез какой-то груз на передовую. Вышел из кабины – щелк, чиркануло по волосам. Кричат ему: «Ложись! Снайпер!» Упал на землю – ему кричат, что двоих уже убило. Лежал дотемна. Ночью машину разгрузили.

Победу отец встретил в Кенигсберге. Уже после победы очень много пришлось ездить. Как не больше, чем во время боевых действий. И в Германию катался, и куда ни пошлют. Из-за этого и «на губу» попал. Мотался из рейса в рейс, и в очередной раз вернулся в расположение, ему на завтра новое предписание. Он возмутился: «Что всё я да я?! Других шоферов, что ли, нету?!» Какой-то командир говорит: «Отведите его на губу!». Отвели его в подвал, принесли матрац, еды нанесли… Закрыли… Наелся, выспался… назавтра, уже ближе к обеду, приходят:

А в июле 45-го построили личный состав: «Кто желает ехать в Польшу на уборку урожая?» Отец же крестьянин. Вызвался. Поехал в Штеттин. Работал он на молотилке. Подавал в неё снопы. Поляки все нормально к русским относились, кроме одной женщины. Та была очень злая на русских. Отец сказал: «Буквально загрызть готова». Другие объяснили, что её муж воевал на стороне немцев и погиб.
В октябре отец вернулся с уборочной в полк, и оказалось, что его призыв уже демобилизован, и сформированный поезд на Москву уже ушел. Отец в штабе: «Как же мне-то теперь?» Начштаба говорит: «Отправьте его с киевским поездом. А там он доберется».

В нашу школу прискакал нарочный – посыльный с сельсовета. И сказал: «Ребята! Скачите в поля, собирайте народ. Война кончилась!»

Какие тут уроки! Мы бегом на конюшню. Поразбирали коней. И охлюпкой – без седел, конечно – поскакали в поля. На лошадях-то мы лет с трех катались все. Лошадей у нас в деревне было сотни полторы. Хотя, как война началась, 20 или 30 отдали в армию.

Читайте также:  В сентябре будет подорожание автомобилей

И вот все собрались на конном дворе. Вся деревня. Из них только два мужчины. Один – по возрасту не ушел на фронт, второй – комиссован по ранению. Сняли с петель ворота, положили на телегу – общий стол. Принесли люди у кого что было еды. Самогонка, конечно – у нас ее гнали из сахарной свеклы. Много плакали. Потом пошли по деревне с песнями, с плясками. Музыка – печная заслонка и ножом по ней стучали.

Отец вернулся домой 27 октября 1945 года. Работал шофером.
Награжден медалями «За боевые заслуги», «За отвагу», «За оборону Сталинграда», «За победу над Германией». Вручили их ему уже после войны. Была у него еще какая-то бумага, справка, что награжден медалью «За оборону Москвы». Он отдал её в военкомат, но она потерялась, и нет этой медали. Я запрашивал в Подольском архиве – ответ был какой-то несуразный, но отрицательный.

Ушло из деревни человек 60. Почти все – первым военным летом. Первая похоронка пришла в июле. А потом – одна за одной. А после 43 года у нас уже перестали и похоронок бояться. Не на кого стало получать. Всех повыбило. Вернулись всего 15-18 человек. Из них пять шоферов. Остальные – кто после ранения комиссован, а большинство и на самой передовой не воевали. Кто кузнецом был – кузнецы и в армии были нужны. Кто – в обозе, еще где… Большинство же – сразу в окопы на самую передовую, и погибли.

А, как наша деревня войну пережила, как работали и старые и малые на оборону, армию и страну кормили – в следующий раз расскажу.

Записал – Виктор Гладков

Прилетели на день в командировку в Ростов-на-Дону.
По городу нас возил очень серьёзный человек на «девятке»
По его поведению, сразу было понятно, что должность у этого таксиста как минимум – федеральный министр, а такси – это просто его хобби. Причём, по надменному выражению лица, было видно, что это хобби ему совсем не нравится.
Главной задачей таксиста было – поразить воображение этих заезжих москвичей, то есть нас. Поэтому федеральный министр на каждом перекрёстке ставил точки над «i»:

– А вот это рыбный базар. Из всех рыбных базаров в мире, он самый крутой.

Мы не спорили, а сразу соглашались. Как же с министром спорить?

– А это ресторан, в нём сейчас ремонт, но именно, конкретно по кухне, он самый крутой в России. Нигде такой кухни нет. Там родственник моей жены, шеф-поваром работает. Так, что знаю о чём говорю, поверьте мне.

Мы тут же поверили.
На перекрёстке, по «встречке» нас объехал крутой, чёрный Мерседес. Министр поморщился и сказал:

– А, кстати, я тут недавно вычитал рекорд из книги рекордов Гиннесса, что, короче, Ростов – это город, в котором больше всего Мерседесов в мире.

Мы готовы были поверить чему угодно, но, когда так, не напрягаясь, оскорбляют наш интеллект, тут уж никак нельзя было робко не возразить:

– Извините, но, скажем, в Лондоне, примерно десять миллионов человек, и среди них много очень богатых, да и Мерседесы они любят не меньше, чем в Ростове. Так, что вряд ли Ростов на первом месте в мире по количеству Мерседесов. Тем более, что есть ещё: Берлин, Мюнхен, Кувейт, Рияд, наконец.
– А… ну, точно, вспомнил, не во всём мире, а во всей России.
– Ну, на этот счёт нас тоже терзают смутные сомнения. В Ростове около миллиона человек, а в Москве около двадцати. И вряд ли любой средний ростовчанин богаче среднего москвича в двадцать раз. Может, всё же, в книге рекордов Гиннесса, Ростов, самый второй город в России по количеству Мерседесов?

Министр очень обиделся на такое предположение и ответил:
– Никакой не второй, а самый первый, я хорошо помню. Вы мне ещё за Ростов будете рассказывать. А, точно, вспомнил – в Ростове больше всех в мире Мерседесов с ростовскими номерами. Вот.

Есть различные жёсткие психологические испытания, которым подвергают людей. Заставляют смотреть чудовищные фильмы с принудительно открытыми веками, оглушают громкими звуками, подвергают разрядам электротока, не дают спать, и прочее.
Но это всё ерунда по сравнению с испытанием людьми-езьдюками на вокзалах и в аэропо́ртах, которые рассказывают родственникам во всех подробностях, в мельчайших деталях и в наномелочах о том, где они находятся, что сейчас делают и как они почти уже отправляются.
С виду такие люди ничем не отличаются от других, поэтому можно встать или сесть рядом с человеком-езьдюком, совершенно не подозревая о неминуемой беде.

У окружающих проявилась вещь, предусмотренная эволюцией у некоторых рептилий, которые умеют смыкать ушное отверстие, видимо, чтобы туда не попадала влага. У человекообразных в присутствии человека-езьдка ушное отверстие смыкается, чтобы оградить мозг от этой диареи слов.

Спустя некоторое время человек-езьдюк убирает телефон от уха, окружающие, воспрянув духом, размыкают слуховые канальцы, но…
Тут у человека-езьдюка раздается звонок, он говорит: “Алё”. И всё начинается по второму кругу.
– Привет. Да, скоро полечу. Ага. Ага. Да, нормально до аэропорта. Неет не было пробок. На мосту тоже. На Пулковском немного постояли. Ну там всегда…

Берегите себя и не будьте езьдюками!

Когда пациент пришел в себя, жена спросила его: помнишь я тогда пришла задумчивой и не рассказала тебе, что видела?
Так вот, мне нагадали 4 слова: муж, тюрьма, негры, удовольствие!

Я раньше, давно, работал логистом и расстраивался, что о работе нечего рассказать. Но годы идут и приходит понимание, что логистическая работа была просто огонь: там был драйв и истерика. Каждый день какая-то интересная история, потому что всё время всё шло не так.

Утро, день погрузки у важного клиента. Машина не пришла, клиент в телефоне переходит на ультразвук. А бригадир транспортной компании Максим как раз стоит у нас посреди офиса — он принес счета и хочет денюжку.

Максим смотрится чужеродно среди столов и бумаг, потому что похож на уголовника: ёжик на голове, глубокие морщины на лице, маленькие хитрые ярко-голубые глазки и хриплый пропитый голос. Дворовый сорокалетний пацан.

Когда я сказал, что его водителя нет на погрузке, Максим сначала сделал движение губами, будто перекинул окурок из одного угла рта в другой, а потом — как будто разжевал этот окурок и проглотил.

И позвонил водителю сам, отойдя в уголок офиса и отвернувшись. О чем говорили, было не слышно, пока Максим вдруг не заорал в трубку:
— Что-о-о-о?! Бабу ты свою катал.

Закончив внушение словами «Быстрее, бть!», Максим растерянно повернулся. Одновременно с ним весь офис развернулся к компьютерам и сделал вид, будто работает.

Оказалось, вечером накануне погрузки водитель встретил свою любовь. Любите, девушки, простых романтиков — он усадил её в кабину фуры с полуприцепом и катал всю ночь по центру города Петербурга. Проносился длинным силуэтом по Дворцовой набережной, торжественно замирал на Стрелке Васильевского острова.
Ну а потом, понятное дело, проспал.

Вообще движение грузовиков по центру запрещено и мы бы остались без машины, но дуракам везёт и его никто даже не остановил.

А я один раз видел удивленный взгляд коровы.
Через деревню Маришкино проходит оживленное шоссе.
По правой обочине этой дороги не спеша брела корова, помахивая хвостиком и пощипывая травку.
Вечером коровы могут торопиться домой, а по утрам, на выпас, они идут не спеша.

Неожиданно она приняла влево. Правила дорожного движения она не учила, «поворотника» и зеркала заднего вида у нее нет. Увидела, наверное, какой-нибудь цветочек интересный на противоположной обочине и сделала пару шагов влево. Задумчиво при этом глядя перед собой огромными, флегматично-печальными глазами.

А водитель восьмерки, который ехал в попутном направлении, никак такой засады от нее не ожидал. Он не мог не видеть это корову. Но он, наверное, думал, что если она идет прямо по обочине, то так и будет идти. А, прежде, чем изменить направление движения, она знак какой-нибудь подаст. Ну, рогом помашет, или подмигнет. А она, молча, не предупреждая, сманеврировала влево.

Водитель вышел на дорогу и разглядывал помятую машину.
Видимо, смятие капота коровьей жопой не было предусмотрено договором со страховой компанией, поэтому глаза его были большими и печальными. А взгляд «волооким».

– Дорожная полиция.
– Доброе утро, меня зовут Виктор Петров, персональный код 12345-10910, следую за серым Ауди А8, гос.номер Сергей-Владимир 1234, который только что совершил аварию с Ленд Крузером, гос. номер Янис-Петр 7654 и пытается скрыться с места происшествия. Нахожусь на улице Сканстес, поворачиваем в сторону Арены Рига. Будьте добры направить патруль на перехват.

Сегодня ко мне в гости заехал мой друг Виктор и после рабочих дел, поведал за чашкой кофе историю о безграничной человеческой глупости в кризисных ситуациях.

Источник

Оцените статью
Популярные рекомендации экспертов